СЕТЬ ОРГАНИЗАЦИЙ "ЕСЛИ ДОМА НЕТ…"

ПОМОЩЬ БЕЗДОМНЫМ ЛЮДЯМ В МОСКВЕ.

Илья Кусков: репрессивный подход только маскирует проблему бездомных

Опубликовала Лена Коваленко 18 - октября - 2013

Департамент соцзащиты населения Москвы разрабатывает проект федерального закона «Об ограничении бродяжничества». Эксперты называют закон репрессивным. Руководитель направления помощи бездомным Синодального отдела по благотворительности Илья Кусков объясняет, почему экспертам не нравится проект.

— Насколько я понимаю, в своей законодательной инициативе департамент исходит из того, что в настоящий момент помощь бездомным имеет добровольно-заявительный характер. Но некоторые бездомные люди сами не хотят менять свою жизнь и поэтому оказываемая им помощь не эффективна и проблема не решается. Закон заставит бездомных социализироваться, и проблема будет решена. Как вы относитесь к этому тезису?
— Такая позиция имеет право на существование только тогда, когда предоставлена общедоступная альтернатива пребыванию на улице. Чтобы любой бездомный, который хочет измениться, мог без проблем получить полный комплекс услуг по обеспечению работой, социальным жильем, восстановлению документов, медицинскому обслуживанию и интеграции в общество. Сейчас такая общедоступная система отсутствует. Сейчас мы, не предложив человеку реальной возможности изменить свою жизнь, пытаемся надеть на него тюремную робу. Это неправильно.

— Откуда появилась инициатива создания закона, подразумевающего принудительные меры по отношению к бездомным?
— Инициатива появилась потому, что сегодня у нас в государстве нет базового закона, регламентирующего работу с бездомными. Отсюда у чиновников проблема – региональные власти не обязаны выделять деньги на финансирование этой работы.Финансирование таких проектов является условным, может, дадут денег в этом году, а может и не дадут. В эту сферу нужно внести какой-то порядок, чтобы финансирование было обязательным. Потребность в законе есть и у профильных общественных организаций. Важно, чтобы бездомные не были бесправны, был понятен механизм помощи таким людям, чтобы власти не могли произвольно отказать в том или ином виде помощи. Этой работе нужно придать некоторую основательность, потому что сейчас она проходит на границе правового поля. К решению этой проблемы есть разные подходы.

Один из подходов разработал Андрей Пентюхов, начальник сектора социальной помощи бездомным гражданам департамента соцзащиты. Андрей Владимирович достаточно долго работает с бездомными и у него есть свой опыт, исходя из которого он и написал проект закона. Этот проект уже два раза вносился в государственную Думу как частная депутатская инициатива и был оба раза отвергнут. В этот раз департамент решил снова внести закон, но уже через столичную Думу. Вносятся сразу два документа – основной закон, и закон о внесении поправок. При этом закон никак не изменился, и к нему у общественных организаций остались все те же самые претензии.

— Какие основные претензии к закону у экспертов?
— С тем, что закон нужен, согласны, кажется, уже все. Основные прения вызывает не сам закон,а то, как предлагается помогать бездомным. Уже из названия понятно, что в нем является ключевым. Закон называется «Об ограничении бродяжничества». Цель этого закона, об этом говорится уже в первой главе, ограничение прав бездомных людей. При этом авторы утверждают, что закон, наоборот, расширяет права бездомных и делает положение таких людей более устойчивым. На самом деле, закон просто дублирует все то, что уже есть в области работы с бездомными, и не предлагает в этой сфере ничего нового. Зато закон вводит кучу массу ограничений на права бездомных людей.

— Какие ограничения прав предполагает закон?
— В первую очередь, закон вводит для бездомных обязательное медицинское обследование без обязательств со стороны медицинских учреждений такое обследование проводить. Будут медучреждения бездомных обследовать или не будут – это вопрос. А вот бездомный должен это обследование пройти, и это его проблемы, как он это сделает. А если он не пройдет это обследование вовремя, то будет арестован. При этом закон очень произвольно определяет термины «бездомный» и «бродяга» и разницу между ними. Идет, допустим, исполнитель этого закона, полицейский. Видит человека. Человек ему не нравится, похож на бездомного. Есть ли у тебя обязательная медицинская книжка? Нет, тогда мы, друг, тебя посадим. И полицейский имеет право лишить человека свободы на 60 дней, если у бездомного не окажется медицинской справки. А второй раз ты ему попадешься – можешь получить уже год. И все это зависит от наличия медицинской книжки, которую, вообще говоря, бездомный может легко потерять.

Мы, эксперты, знаем, как сейчас работают больницы, как они отказываются принимать бездомных, и мы просто уверены, что даже те бездомные, которые будут стремиться выполнить условия закона, просто не всегда смогут это сделать. Это будет просто хорошим поводом всех арестовать.

— Чем еще недовольны в законе эксперты?
— Как я уже упоминал, в законе есть два понятия – бездомный, и бродяга. Бездомный, с точки зрения авторов закона, — положительный персонаж, которому негде жить, и он вынужденно находится на улице. А бродяга – отрицательный, поскольку сам не хочет жить под крышей. Бездомного пожурили и ладно, а бродягу надо арестовать. И точных терминов и признаков, по которым бродяг отличают от бездомных, в законе нет. Основным исполнителем закона является полиция. Зная нашу полицию, очень сложно ожидать от нее чего-то доброго и хорошего по отношению к бездомным. Положение человека они будут определять на глаз, без четких критериев.

Вообще, в законе очень много нечетких определений, что закладывает в него большой потенциал по вольному толкованию и применению. В законе не должно быть слов «и иные полномочия» или «и так далее». А предлагаемый проект такими фразами буквально переполнен. Невозможно будет оспорить решение полиции, если она будет ссылаться на слова «и иные полномочия полиции», написанные в законе.

Не понятно, как будут людей арестовывать, будет ли в этом принимать участие суд? В основном законе вообще ничего не сказано про суды. О судах сказано в дополнительном законе, но очень вскользь. Закон настолько освобождает всех от ответственности за его разумное исполнение, что мы боимся, что людей просто посадят и никто не будет разбираться – что будет в учреждениях, куда поместят людей, как там будут к ним относиться. Охранная функция таких учреждений передается также полиции.

По оценке авторов, проект также потребует колоссальных бюджетных расходов в 2,5 млрд руб. на организацию учреждений принудительного содержания и их работу. Первые два раза закон отклонили именно из-за того, что он предусматривал слишком большие бюджетные расходы.

Закон вступает в силу в течение 60 дней со дня публикации. Возникает вопрос – как к этому времени бездомные узнают, что появился такой закон? Как они узнают, что им надо пройти это обследование, кто их оповестит? А они уже будут виноваты, и через 90 дней по этому закону можно будет их всех спокойно арестовывать. Это контрпродуктивный подход. Конечно, общественным организациям это все не нравится.

— Какова ваша итоговая оценка проекта?
— Закон не проработан и вызывает бурю отрицательных эмоций во всех слоях общества. Многие эксперты высказывались по этому поводу, в том числе руководитель проекта «Автобуса Милосердие» диакон Олег Вышинский, община святого Эгидия, куратор группы помощи бездомным в московских больницах Наталья Кузнецова, ряд других экспертов. У всех претензии разные, но все говорят о том, что закон должен быть доработан, и в таком состоянии принят быть не может. В Синодальном отделе по благотворительности также считают, что закон носит репрессивный характер и проблему бездомности не решает.

Репрессивный подход к бездомным, который, как мы полагаем, предлагается этим законом, уже применялся в советское время, и проблема не была решена. Бездомность просто временно исчезла из поля зрения общества, и мы не видели бездомных на улицах. Но это не значит, что этих людей не было. Когда рухнул Советский Союз, все эти люди снова оказались на улице. Конечно, сыграл свою роль кризис государства. Но было и другое. Эти люди были прижаты системой, и когда давление прекратилось, они снова появились на поверхности. Репрессивный закон не приводит к возврату людей в общество, он только маскирует проблему. Когда репрессивный закон перестает работать, эта проблема вылезает в еще более тяжелом виде.

— Что будет с этим проектом закона дальше?
— Департамент соцзащиты создал рабочую группу, которая в закрытом режиме обсуждает готовящийся проект. В рабочую группу вхожу, в том числе и я. Но пока большинство важных поправок, которые мы предлагаем, отклоняются. Принимаются только поправки, связанные с несущественным смысловым изменением закона. Общественными организациями проект закона вынесен для обсуждения в Общественную палату РФ. Мы думаем, что в конце октября — начале ноября обсуждение начнется. Публичная дискуссия с подведением итогов в виде документа придаст мнению экспертов вес. Авторы закона могут к этому мнению прислушаться, а могут и не прислушаться. Но итоговый документ, принятый Общественной палатой, законодатели должны будут учесть.

— Существует ли какая-нибудь альтернатива?
— В 2007 году Минздравсоцразвития разработал свой проект закона о работе с бездомными. Хотя в том проекте было много недостатков, в целом он мне кажется лучше предложенного Департаментом соцзащиты. Некоторые НКО предлагают рассматривать законопроект Минздравсоцразвития как альтернативу. Думаю, что это возможно, но только после широкого общественного обсуждения.

Записал Кирилл МИЛОВИДОВ

Дата публикации: 17.10.2013

Источник: Милосердие.ру

Хостинг предоставлен компанией «AGAVA»

TWITTER

    ВИДЕО

    FLICKR

    4175_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4172_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4161_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4157_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4156_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4151_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_