СЕТЬ ОРГАНИЗАЦИЙ "ЕСЛИ ДОМА НЕТ…"

ПОМОЩЬ БЕЗДОМНЫМ ЛЮДЯМ В МОСКВЕ.

Татьяна Свешникова: «Не знаю, почему ребята больше не бегут на вокзалы. Но рада этому»

Опубликовала Лена Коваленко 13 - декабря - 2011

МОСКВА | 12.12.2011
Традиционно с наступлением холодов НКО, помогающим бездомным, требуется поддержка. Сейчас на вокзалах практически не осталось детей и подростков. В интервью корреспонденту Агентства социальной информации ответственная за молодежную работу движения «Курский вокзал. Бездомные дети» Татьяна Свешникова рассказала о том, как добровольцы помогают своим подопечным и как любой из нас может помочь бездомным.
Т.С.: Семь лет назад, когда добровольцы пришли на вокзал, первыми, кого они встретили, были беспризорники. Они жили группами по 10-20 человек — в основном, это были воспитанники интернатных учреждений. Так подростки протестовали против помещения в психиатрические больницы. Они сбегали оттуда и снова оказывались на вокзалах. Большая часть была из Подмосковья и других регионов. Были и «домашние» дети, среди которых было немало романтиков. Некоторые шли на вокзал, потому что хотели отомстить маме, которая вновь вышла замуж. Но такие в конце концов возвращались домой. В то время на Курском вокзале была самая многочисленная из живущих в Москве группа бездомных детей и подростков. Ребята ютились под железнодорожными платформами, в аварийных домах и на лестничных площадках домов недалеко от вокзала. Дети восьми-девяти лет гуляли неподалеку от бездомных мам. Сбежавшие из детдомов ребята постарше жили самостоятельно. Почти все дышали лаком, многие уже пробовали наркотики.
Корр.: Как вы устанавливали контакт с детьми?
Т.С.: Сначала ребята держались настороженно — не все подходили за едой и пообщаться. Потом стали рассказывать о других беспризорниках, которые жили под железнодорожной платформой станции «Серп и молот». Добровольцы начали выезжать туда. Узнав о группе бездомных подростков, живущих в районе Тверской улицы, нашли и их…
Все началось с желания накормить беспризорников. Постепенно они стали делиться с волонтерами своими проблемами и переживаниями. Кому-то нужно было лечь в больницу или просто попасть к врачу, кто-то боялся вернуться в интернат или домой, хотел избавиться от наркологической зависимости, кому-то нужно было помочь получить паспорт и другие документы...
Корр.: Какую помощь детям вы оказывали?
Т.С.: Ездили с ними в больницы, ходили к врачам, устраивали в детские лагеря, возвращали в интернаты, навещали в психиатрических больницах. Воспитанники, пытавшиеся сбегать из интернатов, жили там годами. Их отлавливали на вокзалах, возвращали в интернат, а оттуда везли в психиатрическую больницу. Дети боялись возвращаться в детдома одни и поэтому просили о помощи. Мы договаривались с администрацией учреждения о том, чтобы их не отправляли в больницу. Налаживали отношения с их родственниками, отвозили к ним ребят, сопровождали в наркологические центры, милицию, паспортные столы и даже военкоматы, писали им характеристики...
Глава нашего движения Рустам Исламгулов организовал тренировки беспризорников: ребята и волонтеры начали играть в футбол. Мальчишки выезжали на турниры дворовых и школьных команд. Для беспризорников это стало стимулом, чтобы отказаться от употребления наркотических средств — ведь слабые проигрывают. Круг общения ребят расширился, их стали приглашать в гости после матчей. Беспризорники увидели нормальное отношение к себе не только со стороны волонтеров, и в свою очередь, стали лучше относиться к окружающим.
Корр.: Что стало с вашими подопечными, когда они выросли?
Т. С.: Несколько человек погибли в возрасте 17-22 лет. Тех, у кого не оставалось родных, мы хоронили. Многие попали в тюрьмы. Среди тех, кому 18-19 лет, многие сидят повторно или в третий раз...
Ребята привыкли выпрашивать деньги или грабить. Многие сидят за дело, но есть и те, кого подставили милиционеры, т. к. живя на улице, все стали наркоманами. Маленькими выпрашивали деньги на дозу у прохожих. Став взрослее, грабили ларьки, избивали и отбирали деньги, телефоны у прохожих. У многих только 2-4 класса образования. Почти у всех – ВИЧ и гепатит. Но мы продолжаем общаться, ведь добровольцы — единственные родные им люди. Наши телефоны они помнят наизусть. Некоторые смогли вернуться к нормальной жизни, у них есть свои дети. Мы поддерживаем связь почти со всеми нашими подопечными, выросшими на улице. Некоторые сейчас живут дома. Так, одна девочка, став сиротой, пошла не в приют, а на улицу. Она прожила здесь пять лет, из них последние полтора года — под платформой. В 18 лет вернулась в свою квартиру. Сейчас вместе с ней живут другие ребята. Чаще всего подопечным, не попавшим на зону, нужны дорогие лекарства, так как у многих язва желудка, дерматологические заболевания. Даже взрослые бездомные живут на улице пять-семь лет, максимум — 10. У некоторых наших подопечных есть дети, поэтому мы помогаем детским питанием. Иногда, когда они без работы, то просят купить продуктов.
Корр.: Есть ли дети на улице сейчас?
Т. С.: Пять лет назад беспризорники еще встречались. Но кто-то умер от употребления наркотиков, кого-то убили, многих посадили. Все ходы под платформами замуровали – «стареньких» выжили, а «новеньким» некуда идти и нет компании, к которой они могли бы присоединиться. Сейчас изредка встречаются беспризорники-гастролеры. Таких мы стараемся отправить домой как можно скорее, пока они не привыкли к «вольной» жизни и не начали употреблять наркотики. Теперь, когда их единицы, это проще делать. Впервые за последние полтора года увидела мальчика, который приезжает из Нижнего Новгорода «погулять». Его ловят, отвозят в Центр временной изоляции несовершеннолетних правонарушителей, отправляют домой. А он возвращается в Москву. До этого был 14-летний мальчик, который сбежал из дома. Он боялся, что милиционеры посадят его, если снова поймают на воровстве. Так и случилось. Убежал от милиционеров, некоторое время бродяжничал. Сначала он боялся возвращаться домой. Когда мы с ним познакомились, его радовала «свободная» жизнь без уроков и домашних обязанностей. Он не доверял взрослым, и мы не смогли ему помочь. Примерно через год он пропал. Другого подростка отвезла в Брянскую область, сдала на руки маме. Время от времени он звонит мне. Сначала продолжал бегать, но уже не так далеко: в райцентр или областной город. Потом купили ему велосипед и у него появилась своя компания. Так он и осел дома. Кроме того, мы уделяем особое внимание бездомным мамам с детьми, отправляем их к родственникам. Тех, у кого нет ни дома, ни родных, устраиваем в приюты и дома милосердия, помогаем продуктами и всем, что необходимо детям.
Корр.: Почему сейчас беспризорных детей стало меньше?
Т. С.: Не знаю, почему ребята больше не бегут на вокзалы. Но рада этому. Возможно, в интернатах начали заниматься профилактикой? В любом случае, считаю, что любому детдомовцу нужен взрослый, которому он доверяет. Может, взрослые начали задумываться о том, что детей надо любить?
Корр.: Сколько волонтеров вовлечены в добровольческую деятельность в вашем движении?
Т. С.: В общей сложности около 50 человек. Каждый вокзал дважды в неделю посещает группа волонтеров. Их может быть до десяти человек. Есть волонтеры, которые не общаются непосредственно с бездомными, а, например, готовят и привозят еду на вокзал. Другие устраивают наших подопечных в общежития для бездомных, печатают справочники с полезной информацией: где бездомному можно помыться, поесть, переночевать, как восстановить документы и купить билет, если украли паспорт, куда обратиться, если заболел.
Корр.: Какая ситуация с положением бездомных сейчас, с наступлением морозов?
Т. С.: Больше всего их на площади трех вокзалов: около 200 взрослых общаются с нами. На Курский вокзал приходит порядка 100 человек. Еще 80 кормят волонтеры на Павелецком вокзале. Сейчас им особенно тяжело: подъезды закрыты, в ночлежки пускают только бывших москвичей. Они ищут чердаки и так переживают морозы. Многие замерзают. Неизвестно, сколько бездомных останется к концу зимы. Очень тяжело узнавать, что кто-то умер. Весной они радуются: «Мы пережили зиму». Многие едут в Москву с мыслью, что здесь проще выжить и прокормиться. В других городах бездомные живут не так сыто. У них нет шансов выжить. А в Москве, Петербурге, Екатеринбурге, Владимире и некоторых других городах проблемами безбомных занимаются госструктуры и волонтеры.
Корр.: Какая помощь вам нужна?
Т. С.: Волонтеры, которые готовы присоединиться к нашей команде или оказать разовую помощь. Можно принести теплую одежду, особенно нужны кальсоны, варежки и шапки. Бездомные просят лекарства от кашля, температуры и насморка. Лучше сразу приносить их на вокзал, где мы бываем шесть дней в неделю. Также нужна помощь в восстановлении документов бездомным. В последние полтора года это стало легче делать в Москве. Можно пожертвовать деньги или распространить информацию о нас. Подробности можно узнать на сайте besprizornie.ru

Источник: АСИ

Спасибо МС «За преодоление социальной исключенности» за ссылку

Хостинг предоставлен компанией «AGAVA»

TWITTER

    ВИДЕО

    FLICKR

    4175_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4172_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4161_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4157_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4156_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_4151_I-ROSSIKOV.NAROD.RU_РОССИКОВ ИЛЬЯ_